Марьсергевна (dissomnia) wrote,
Марьсергевна
dissomnia

Category:

Сигрид Унсет, «Улав, сын Аудуна из Хествикена»: островок безмятежности в нашем безумном мире

#марьсергевначитает

У книг Сигрид Унсет есть один недостаток — их вроде бы много, но их нет. Откройте библиографию нобелевской лауреатки и убедитесь, что вся ее жизнь была «очень плодотворным периодом»: книг она написала очень много, и в разных жанрах. Но... В России их не найти.

Что мы знаем о Сигрид Унсет? Тут должен последовать неуверенный взгляд в сторону бабушкиного стеллажа с книгами, где стоит трехтомник «Кристин, дочь Лавранса» - безобразное издание девяностых на серой бумаге в дешевой суперобложке. У моих родителей тоже есть такое.



А больше мы не знаем про мадам Унсет ничего. Потому что не так много ее книг переведено на русский. Да и те не спешат продавать в электронном формате в крупных интернет-магазинах, а в книжном формате книги великой писательницы можно найти где-нибудь на Авито или в разделе букинистики на Озоне. Если повезет.

И знаете что — я считаю, что это возмутительно.

Ее исторические романы о средневековой скандинавской жизни удивительны, ни с чем не сравнимы. С романом «Улав, сын Аудуна из Хествикена» у меня случилось так: первые сто страниц я читала полгода, вникая в детали средневекового быта и этикета. Остальную часть я проглотила за сутки, закончив роман на рассвете.

Мадам Унсет долго запрягает, но если вы любите психологическую прозу, вам непременно понравится. Потому что в какой-то момент вы провалитесь в повествование и будете в нем жить. Как случилось у меня с «Кристин, дочь Лавранса» того же автора (только не открывайте то ужасное издание родом из девяностых, оно сильно портит впечатление от великого произведения) и, если позволительно такое сравнение, с «Дом, в котором...» Мариам Петросян. Это книга-вселенная. Целый мир.

«Улав...» не так прост, как кажется. В описаниях книги вам расскажут, что Улав сделал выбор в пользу индивидуального пути, отринув мнение общества (а скандинавы в Средние века предпочитали такого не делать), и расхлебывает последствия. Но все не так очевидно, и роман цепляет именно тем, что без конца пытаешься разгадать, где правда, а где интерпретации героев.



Ингунн и правда такая глупая овца, или это время такое, что женщина не вольна принимать даже важные решения, что касаются неприкосновенности ее собственного тела? Улав — недальновидный мужик или умный стратег, что не принимает во внимание желания своей жены? Для чего мы живем — для радости или для долга? История Улава показывает, что выбор не так очевиден, и выбирая опцию «счастье любой ценой» легко оказаться в ловушке долга, и даже не заметить этого.

Читая «Улава...», я бесконечно ловила себя на мысли, что книга осталась очень современной. Любовь и ее непостоянство, семейные ценности и мимолетные влечения, необходимость искать компромисс между ролями жены и матери — все это очень понятные обычной женщине нашего времени вещи, которые, похоже, ничуть не изменились. А три волны феминизма просто создали чуть иные декорации, в которых разворачивается современные истории отношений.

Продолжение «Улава» («Улав, сын Аудуна, и его дети») было выпущено издательством «Азбука-классика» в 2006 году и с тех пор не переиздавалось. Мне не удалось найти книгу нигде: ни в букинистических отделах, ни в электронном формате. А жаль, ведь это уникальная скандинавская проза во всей ее прелести, с суровыми описаниями природы, глубокими и неоднозначными характерами и удивительной атмосферой, которую не описать словами. Прекрасное и неторопливое чтение сродни медитации, которое так актуально сейчас, когда мы все находимся в той или иной степени тревоги и растерянности.
Tags: #марьсергевначитает, книги
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 1 000 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal